Странное ощущение от американской колумнистики

В NY Times наткнулся на колонку с завлекающим заголовком «Путинская Россия — страна-преступник». Прочитал. И в очередной раз удивился тому, как в американских колонках все скучно и примитивно.

Мне всегда казалось, что если автор вылезает в колонку, он должен предъявить что-то уникальное, необычное. Провести неожиданные параллели, предложить интересную интерпретацию, выдвинуть свежую гипотезу.

Тут же мы читаем сначала пересказ новостей за неделю: Путин и Алеппо, Путин и MH17, что сказал КерриЮ что сказал Обама… Два предложения в стиле «доколе?». Всё.
Ну, граждане, такие колонки напишет четверокурсник с уровнем «чуть выше среднего».

И это, повтрорю, у них там обычный уровень. Месяца два назад после взрыва в Медине читал, кажется, в AP колонку западного мусульманского профессора. Та же самая тоска: Взрыв в Медине. Медина — священный город. Почему Медина священный город? Те, кто устроили теракт в Медине — не мусульмане. Мы, мусульмане, должны громко об этом сказать.
СКУУУЧНОООО!

Комментарии — по паспорту (Институт разбития интернета)

Ассоциация, самонадеянно назвавшаяся Институтом развития интернета, подготовила проект: любой, желающий оставить комментарий на сайте СМИ, должен сначала пройти идентификацию личности на портале госуслуг.

Не будем вдаваться в технические подробности, насколько это нововведение прибавит головной боли СМИ. Отметим простое последствие: интернет впервые в истории станет гораздо более несвободным, чем традиционные медиаканалы. Потому что написать в газету можно анонимно или под псевдонимом, и редакция вправе это письмо опубликовать. А вот комментарий на сайте той же газеты – нельзя.

Наше правительство настойчиво продолжает идти к цели «в интернет – по паспорту!». Только теперь это предлагают не малахольные депутаты, а якобы профессиональное сообщество. На сайте этого Института развития интернета кто только не представлен: и РОЦИТ, и РБК с Яндексом, и Мэйл.Ру… Однако наличие в Совете ИРИ помощника президента по закрытию Интернета в России Германа Клименко и ссылка на главной «Перечень поручений президента» все объясняют.

В общем, классическая русская живопись: приходит интернет-отрасль к государю и говорит: «Царь-батюшка, что-то много у нас свободы, и денег тоже слишком много, давай мы себе жизнь похуже соорудим». И государь: «Ну, я не хотел, конечно, но раз вы так просите…»

Выходит приложение, помогающее редакциям грамотно использовать комментарии

The Coral Project выпускает в этом году приложение для работы с комментариями пользователей. Да, с комментариями нужно работать, а не только удалять их.

 

Приложение называется Trust? И его задача – помочь редакции в модерировании комментариев и работе с пользователями, которые их оставляют (потому что грамотные комментарии от грамотного пользователя никому еще не мешали.

Приложение позволяет помечать конкретного пользователя тегами (например, «врач», «экономист»), указывать, что комментарии этого юзера уже использовались в публикациях.

Кроме того, Trust позволяет организовывать пользователей в динамические группы по статистике их поведения в комментариях. Например, можно задать параметры:

— политик,

— общее число комментариев – больше 20.

Ответов на другие комментарии – больше 10,

Удаленных комментариев – 0,

И вы получите выборку достаточно активных юзеров, которые комментируют политические тексты и не нарушают правила.

Что важно – приложение будет с открытым кодом.

Источник.

Не тех роботов боятся журналисты

Все принялись обсуждать новостные агрегаторы.
То, что «Яндекс.Новости» — не просто технология сбора новостей, я писал еще лет 5 назад в жежещечке. Но сейчас проблема куда шире. Журналистику портят не агрегаторы конкретно, а вообще поисковые роботы.
Новости и статьи оптимизируются не под читателя, а под роботов. В редакциях создаются целые отделы по дружбе с поисковиками и агрегаторами. В результате все работают не на люлей, а на траффик. И это не одно и то же, как бы ни казалось: читательский интерес и индексация роботами — не связаны на 100% друг с другом.
Так что бояться надо не тех роботов, которые пишут заметки и «вот-вот оставят журналистов без работы». А тех, кто давно поработил журналистов и заставляет работать на себя)))

Общество спасения лошадей и извозчиков

 

Представьте себе, что в Москве 1920-х годов появляются люди, которые борются за сохранение извоза на лошадях. Собираясь под песню Утесова «Тпру, старушка древняя» они доказывают, что только сохранив профессию извозчика, столица спасет свою культуру. В это время эти самые извозчики приглядываются к первым авто.

Такие ассоциации возникают у меня, когда я слышу разговоры о том, что мы должны спасать газеты, во что бы то ни стало сохранять «бумагу». Зачем, с какой перспективой?

Использование слова «спасать» в этом контексте очень показательно. Спасают то (или того), что временно попадает в кризис. Спасают человека из пожара, потому что, выйдя из пламени, он будет жить. Спасать можно банки, потому что, миновав кризис, они будут исправно работать. Можем ли мы то же самое сказать о бумажной газете?

 

 

Кое-что о роботах в журналистике

 

Вчера все российское медиасообщество с удовольствием проглотило наживку «Яндекса» и радостно распространило его вирусную рекламу по поводу создания информационного агентства с роботами вместо журналистов.

По большому счету, никакой новости нет: информагентство «на роботах» у «Яндекса» давно есть (и не только у него). Это проект «Яндекс Новости». Вспомним, неспокойные депутаты ГД это чувствовали и не раз пытались заставить признать новостной агрегатор средством массовой информации. Так что дело практически только за легализацией, вся механика уже есть.

И мне кажется, роботы-новостники – это очень хорошо. Справиться со сложными новостями они не смогут, а вот облегчить жизнь журналиста за счет написания большого количества примитивных сообщений по шаблонам – запросто. (Типа «Такого-то числа в таком-то городе прошел матч между командами А и В. Счет, кто забил, на какой минуте…»). А у журналистов будет возможность тратить силы на более серьезные вещи.

 

Уроки блокировок

Тут в РИА Воронеж вышел текст «Один день без Википедии» с моими комментариями. Хотелось бы заглянуть глубже, в причины таких ситуаций.

Очевидная причина громких скандалов с блокировкой – явное несовершенство законодательства и правоприменительного механизма. Роскомнадзор в таких случаях жалуется, что он «ничего не решает», что он действует только на основании документов, и это во многом справедливо.

Ложь, наглая ложь и социология от ВЦИОМ

На прошлой неделе ВЦИОМ обнародовал результаты очередного опроса – о доверии россиян к иностранным СМИ. «Интерфакс» рассказывает, что «число россиян, не доверяющих зарубежным СМИ, увеличилось по сравнению с 2007 годом примерно в семь раз — с 7% до 50%»….свидетельствуют результаты опроса ВЦИОМ, проведенного 2-3 мая среди 1600 человек в 130 населенных пунктах в 46 областях».

Возникает вопрос: сколько из опрошенных, чьи ответы ВЦИОМ принимает за мнение россиян, более-менее регулярно читают-смотрят-слушают иностранные СМИ? Ответ исследование не дает. Соответственно, мы можем сделать вывод, что ВЦИОМ эта мелкая деталь не интересовала.

Смею предположить, что в нашей стране очень мало кто читает или смотрит иностранные СМИ. Тогда что показывает результат опроса? Получается, в очередной раз мы моделируем «эффект Пастернака»: не читал, но осуждаю. По сути, семикратный скачок недоверия с 2007 г. демонстрирует только одно:

эффективность работы госпропаганды, которая это недоверие и культивирует. И ВЦИОМ тут — тоже инструмент пропаганды.

 

*   *   *

А вот еще какая забавная вещь. Из последних опросов:

Около 80% россиян поддерживают В. Путина.

Около 80% россиян за госцензуру искусства.

Около 80% россиян не было за границей в дальнем зарубежье.

Около 80% россиян доверяют федеральным телеканалам.

Совпадение?

 

 

Упорное желание запрячь самолет в телегу

Почему с нынешней стратегией нашей власти не удастся стать властителем дум в социальных сетях

 

29 апреля Патриарх Кирилл заявил о важности миссии Православной Церкви в социальных сетях. Все бы смотрелось нормально, если бы этот призыв не раздался на фоне последовательного давления руководства РПЦ на священников в интернете, «имеющих свое мнение». Те, кто действительно мог бы стать в авангарде христианской миссии в блогосфере, яркие, талантливые священнослужители, давно забросили свои аккаунты. Потому что боятся репрессий от церковного начальства.

Конфликт между желанием мощно отображаться в информационном пространстве и стремлением подавить любую точку зрения, отличную от «линии партии» – это не какая-то отдельная проблема РПЦ. Это ситуация, характерная для всей нынешней российской государственной и прогосударственной политики.

Наша власть видит вызовы более искушенных в информационных технологиях политических соперников. Вполне логично, что и ей хочется быть властителями дум в фейсбуках, твиттерах и вконтактах.

Однако параллельно с мечтами об информационном превосходстве мы в сфере государственного строительства дружно и весело воспроизводим советско-византийско-вавилонскую архаику. Которая по сути своей несовместима с концепцией сетевой коммуникации. Не совместима не потому что в Вавилоне, Византии и СССР не было интернета. А потому что в обезличенной системе, где подданный государства отчуждается от любой социальной активности и общественного влияния, сетевая коммуникация – «коммуникация равных» – невозможна.

В таких условиях возможен только один вид коммуникации: от уполномоченного диктора – к обывателю у репродуктора, которому дозволяется только ретранслировать услышанное. А такая модель – это уже не социальные сети и не интернет в принципе.

Не случайно самым популярным у нашей власти инструментом продвижения своих идей в социальных сетях оказались «кремлеботы». Для бота не нужна обратная связь, его задача – сеять по сети однотипные посты. Остается вопрос – насколько это эффективно по сравнению с теми же технологиями политических конкурентов?

Кто боится интернета?

На ОТР прошла дискуссия об интернет-зависимости. Бодренько так, забавно, но, разумеется, ничего нового. Не потому что подкачали авторы и участники, просто ничего нового сказать по этой теме нельзя. Такой особой, отдельной опасности, как интернет-зависимость = просто не существует. Человек, склонный к зависимости, лужу себе всегда найдет. Вчера это был телеящик, сегодня интернет, завтра еще что-то. Такая мысль в передаче, впрочем, звучала.

 

Заинтересовало другое. Среди гостей, неожиданно консолидировавшихся, отдельно находился человек, представляющий организацию под названием Общественный комитет по защите традиционных и конституционных прав граждан от автоматизированной обработки персональных данных и электронной идентификации (!). Читать далее »