Как мы будем материться после 1 июля

Непечатное слово

В начале мая президент РФ Владимир Путин подписал закон, который серьезно ограничит употребление нецензурной брани в публичной сфере. Действовать он начнет уже с первого июля нынешнего года. Это уже второй заслон на пути матерщины, поставленный нашим правительством.

После закона, принятого в прошлом году, стало невозможно материться в СМИ. Чтобы другим было неповадно, власти провели показательный процесс над информационным агентством «Росбалт». Агентство якобы не успело оперативно среагировать на предупреждения Роскомнадзора и не  «запикало» нецензурщину в видеороликах. «Росбалт» закрыли. Правда, через несколько месяцев судебных тяжб Верховный суд РФ вернул агентству  право на жизнь. Но журналисты уже поняли: лучше материться молча.

Допелись

Нынешний закон вносит новые ограничения. Теперь нельзя показывать фильмы с нецензурной бранью в кинотеатрах, Точнее говоря, такой фильм просто не получит прокатное удостоверение. А без этого документа крутить картину – тоже противозаконно.

Но самые большие проблемы возникли у несдержанных на язык работников сцены. Материться теперь нельзя при постановке литературных произведений, при исполнении произведений искусства и народного творчества, во время театрализованных представлений, культурно-просветительских и развлекательных мероприятий. Говоря проще, нельзя ругаться со сцены.

С нарушителей будут взимать штрафы. На первый раз гражданам придется заплатить 2-2,5 тыс. рублей, организациям – 40-50 тысяч. Если это не подействует, то в следующий раз штраф для гражданина составит 2,5-5 тысяч рублей. А вот организацию, виноватую в появлении нецензурной брани на сцене, оштрафуют уже на 50-100 тысяч или закроют на срок до трех месяцев.

Очевидно, что наиболее пострадавшими здесь окажутся театры, работающие в области так называемого «современного искусства», и «неформатные» музыкальные коллективы. Сложно представить, что будет делать после 1 июля, скажем, Сергей Шнуров. Впрочем, при желании выкрутиться можно.  Например, объявить концерт религиозным мероприятием: закон ни слова не говорит о том, можно ли там ругаться (от редакции: именно так, практика, хорошо зарекомендовавшая себя в мире).

А вот продавать книги и диски с матерной лексикой будет по-прежнему можно. Но только в запечатанном виде и с пометкой «Содержит нецензурную брань».

Четыре слова

Наверное, многих волнует вопрос: что понимают под нецензурной бранью государственные органы? Роскомнадзор сурово пресекает споры высоколобых лингвистов: нельзя употреблять четыре слова и все производные от них. Хотите узнать, что это за слова? Пожалуйста: ***, *****, ***** и *******. Большего мы сообщить не можем, даже если сильно захотим. Потому что маскировать эти слова Роскомнадзор разрешает только так, чтобы не было однозначно понятно, что именно имелось в виду.

И на всякий случай – рифмы, ясно указывающие на наличие конкретного матерного слова в стихотворении, запрещены тоже. То есть частушку про топор из города Чугуева, плывущий по реке, нельзя воспроизводить на публике даже со звездочками.

Здравствуй, андеграунд!

Критики новых законов говорят, что они бессмысленны: люди как матерились раньше, так и будут продолжать. Это справедливо, но все же смысл в нынешних репрессиях есть.

Матерились люди действительно всегда. Но многими поколениями было выработано представление о том, где употребление нецензурных слов возможно, а где – строго запрещено. Из каких бы низов и маргинальных кругов не происходил человек, он понимал: есть сферы, где материться нельзя. Например, нецензурщина была практически невозможна в сфере официальных отношений, публичных выступлений.

В нынешней России появилось целое поколение, которое не видит этих границ.  Более того, появились вполне официальные структуры, коммерческие компании, где топ-менеджеры буквально гордятся легализацией мата. Канули в прошлое запреты нецензурно выражаться при детях, женщинах, старших по возрасту.

Но проблема – не в людях, которые якобы стали хуже и невоспитаннее. Просто они родились и выросли в среде, где мат уже был возможен в любой сфере. В том числе и в СМИ, в искусстве, на публичных  мероприятиях и даже в речах политиков. Как новое поколение могло понять, что эта лексика табуирована? И новый закон – это попытка вернуть мат в те границы, в которых он и должен, по идее, находиться.

Интересно другое. Как уже говорилось выше, ограничения затронут сильнее всего авангардное искусство и неформальные музыкальные направления. Естественно, они от этих ограничений не исчезнут. Но им придется вернуться туда, где они существовали в нашей стране до конца 1980-х – в подполье.

А это может быть чревато для самой власти. Вспомним, какую роль в развале советской идеологии сыграло гонимое властью рок-движение. История любит повторения.

Роман Жолудь

Опубликовано: «Время Воронежа»

Вы можете пропустить чтение записи и оставить комментарий. Размещение ссылок запрещено.

Оставить комментарий